Самайн — время безвременья

Исполинскими шагами бредет по мелководью Ирландского моря призрак могучего древнего великана — Брана Благословенного, владыки земного царства Британии и потаенного царства мертвых Аннуна. Это его наследник — последний из повелителей народа ши — Гвин ап Нидд травит красноухими гончими белого оленя в полуночных небесах, вселяя ужас в сердца смертных надрывным воем охотничьих рогов и пронзительными криками загонщиков — пришельцев из мира теней. Это его отсеченную голову несут на своих плечах семеро оставшихся в живых воителей Острова Могучих, его преданных спутников, чтобы под ее защитой провести семь и четырежды двадцать лет в благодатном краю вечного бессмертия. Это его Время-Вне-Времени, время, когда истончается завеса между мирами, время, когда обитатели курганов — потаенный народец — приходят в мир людей, а люди могут беспрепятственно попадать в мир эльфов, когда духи мертвых возвращаются к родным очагам и стучатся в дома к живым, хищные тени кружат над крышами мирных селений, кровожадный агишки — водяная лошадь — поднимает голову над гладью озер, время, когда боги заключают браки с людьми, а короли принимают подать или прощают долги своим подданным, конец светлого времени года и начало темного — время Калан Гаэфа, время Самайна.

tumblr_m940co6B141qhttpto1_1280.jpg

Холодное дыхание зимы уже тронуло побуревшие склоны изумрудных холмов Ирландии и вересковые пустоши Уэльса, посеребрило снежной пылью вершины Шотландских гор. В эти сырые промозглые ночи конца октября всякая живая душа ищет тепла и приюта, бежит прочь от ледяных ветров, что рыщут под покровом непроглядного сумрака, жмется к горячим камням домашнего очага. Пастухи загоняют овец, вернувшихся с летних пастбищ в хлев, земледельцы собирают последние дары осеннего урожая, забивают на мясо скот, который наверняка не переживет грядущую зиму и, вознося благодарные молитвы к богам, задают щедрый пир Самайна — во славу плодоносящей земли и в поминовение всех тех, кто ушел в мир иной в году прошедшем. Никто не останется голодным в ночь Самайна — ни случайный прохожий, ни заблудшая тень предка, что прибьется к порогу обители живых: пищу для духов оставят у дверей, для тех же, кто из плоти и крови, накроют стол, подобный тому, за каким пируют души мертвых героев на запредельном Острове Блаженных.

rami-fon-verg-.jpg

Ирландское название Праздника Мертвых, само слово «самайн» (или, если быть точным, в ирландском произношении «савинь») означает «конец лета». Валлийцы зовут его «первым днем зимы» — Калан Гаэф, а таинственные жители острова Мэн именуют давно утратившим значение словечком Хоп-Ту-Наа. Сама священная ночь Самайна наступает с заходом солнца 31-го октября, но празднуют огненный фестиваль начала зимы все три дня до нее и еще три дня после. Все эти семь дней и семь ночей идут безудержные пиршества у кельтов, вино и пиво льются рекой, отважные воины сходятся в игровых поединках, юноши и девушки мчат пестрой вереницей вокруг пылающих костров в веселой пляске, звучат арфы и волынки, звенит оружие. Друиды жертвуют богам плоды земли и кости животных, а порой и человеческие жизни. Случается и так, что в разгул веселья, по праву ночи Самайна, разбушевавшиеся подданные ритуально умерщвляют своего короля, утопив его в бочке с вином. И эта жертва также угодна богам Самайна.

samhain_by_mechanicalfantasy-d4dmhp8.jpg

Но вот и сама ночь священного таинства Самайна, сакральная ночь на грани времен, когда Великая Госпожа Ворон, могучая ирландская богиня-воительница Морриган возлегла с Верховным королем племени Дану, Всеотцом богов Дагдой, дабы даровать ему победу в предстоящей битве с фоморами. В эту ночь никто не зажигает огней раньше, чем зажгут их друиды на Сторожевом Холме в двенадцати милях от Тары — Холма Королей, древней столицы Ирландии и резиденции верховных правителей. Гаснут и умирают огни лета в домах, с трепетом ожидая рождения огня нового, точно грядущего пробуждения новой жизни из пучины смерти. Возрожденный живой огонь высекают из кремня и, осветив его безудержным пламенем вершину священного холма, несут по языку его в дворцы и лачуги, от величественной Тары до самой дальней окраины земли ирландской.

Jim Fitzpatrick - The dream of Nuada (1978).jpg

Неспокойна ночь Самайна, не одни лишь смертные празднуют ее. Древние предвечные силы потустороннего мира прорываются сквозь завесу, неся с собой хаос, смерть и разрушение в подлунный мир людей. Это пытаясь скрыться от них, быть принятыми за «своего» надевают люди маски в ночь Самайна, кутаются в белые покрывала, подобно призракам из иного мира, подобно мертвецам в саванах. Это чтобы отпугнуть их и оградиться от их чар и их злобной силы насаживают друиды людские черепа на ворота и частокол, ибо, подобно священной голове Брана, голова человеческая — место средоточения духовных сил человека и лучшая защита от всего враждебного и потустороннего. И именно потому, столетия спустя, когда человеческие головы в качестве оберегов уже выйдут из всеобщего употребления, заменят их люди выдолбленной репой и тыквой с прорезанными в ней глазами и ртом, символически изображающими все ту же отсеченную голову Брана.

BRAN THE BLESSED FINAL2.jpg

Восславьте урожай года прошедшего! Помяните всех, с кем простились и пожелайте им доброй дороги в мир вечного благоденствия! Зажгите полночный огонь в очагах, и да хранит вас Бран Благословенный!

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

Create a website or blog at WordPress.com Тема: Baskerville 2, автор: Anders Noren.

Вверх ↑

%d такие блоггеры, как: